Это не постановка оперы Моцарта, а глубокое мета-театральное высказывание, ставящее под вопрос саму природу сценического искусства. Действие разворачивается в пространстве генеральной репетиции, которая становится мощной метафорой постоянного внутреннего диалога человека с самим собой, его бесконечных попыток осмыслить собственное существование.
